Местре Бимба – тоже человек

(Материал подготовлен с использованим “Маленькая книга о капоэйре”, Нестор Капоэйра.
Обработка материала - Mikasa)

Местре Бимба – тоже человек

«Пояс чемпиона»

Однажды местре Бимба перенес горькое и невероятное разочарование, не получив пояс чемпиона, реальный символ титула, честно завоеванного по правилам чемпионата.

После окончания учебы в 1947 году я переехал в другой город, чтобы работать в компании своего отца. Я оставил у местре форменный ремень, которым, как честолюбивый военный офицер, пользовался во время тренировок.

По возвращении в Сальвадор я был удивлен гордой демонстрацией части моего старого ремня, украшенного Млечным Путем из золотых брошей, подобно тем, которые используют в обивке. Магией местре он был превращен в капоэйристический чемпионский пояс - он опоясывал его поясницу или свисал со стены класса академии как венец и слава короля капоэйры.

Этот случай не умаляет величие фигуры нашего местре... это просто демонстрирует, что Боги тоже люди. Я продолжаю почитать моего кумира... и к черту ремень!

«Знак креста»

Каждый раз, когда Бимба открывал рот, чтобы зевнуть, он осенял рот крестом, объяснив однажды: «чтобы зло не вошло!» Наши верования, наш характер, наши мысли и наши слова – все содержат силу, способную изменять и проводить полезные или пагубные энергии, которые существуют в окружающем – африканская философская мысль.

«Его!»

Когда местре говорил о каком-то повреждении или травме, они показывал соответствующую часть тела на себе и говорил: «его!», быстро указывая в сторону какого-то отдаленного места. Эти слова и поступки были основаны на африканской мудрости, которая признает силу слова – слова, создавшего мир – которое в равной мере способно породить и зло!

«Краска Cadilac»

Однажды, пользуясь перерывом между занятиями в колледже, я пришел в академию и нашел местре очень довольным: «Сын мой, я только что завершил хорошую сделку. Я купил у вора два галлона краски Cadilac за пять милрейсов! Он сказал, что я могу продать ее по более высокой цене и заработать денег». Я поразмыслил над этим и сказал: «Местре, я думаю что вы купили жженое масло». Он ответил: «Но вор дал мне гарантию, что банки новые!» Местре пошел искать старую и большую отвертку, и мы открыли банки. Местре прокомментировал: «Какой позор! Он обокрал меня!»

Мораль истории: даже у местре бывают моменты глупости. Наивная сторона гения капоэйры.

«Дом на улице rua do Norte»

Однажды утром в госпитале я был удивлен визитом местре. Он был очень счастлив и с радостью объявил: «Я купил двухэтажный кирпичный дом за семьдесят рейсов. Он находится на улицах возле дома, где я жил. Я заплатил тридцать пять, а остаток в следующем месяце». Я удивился: «Это очень дешево! Где расписка?» Тогда Бимба показал мне страницу из блокнота, где говорилось:

«Я получил от господина Manoel dos Reis Machado тридцать пять рейсов в качестве частичной оплаты за продажу дома на улице…, дом №…, являющегося собственностью господина …».

Белтрано Маландро.

«Белтрано» означает «такой-то», а «Маландро» – хитрый уличный пройдоха, или мошенник.

Затем мы отправились искать правду... и нашли дом пустым и запертым! Местре снова пообещал мне в энный раз: «Никогда больше я не буду совершать сделок, не поговорив с тобой!» Но он все равно попадался...

«Занятые деньги»

Местре Бимбе нравилось ездить на такси. Иногда он ловил такси на Северо-Востоке Amaralina и ехал в Cabula занять немного денег. Он оставлял такси дожидаться у дверей и затем возвращался на нем на Северо-Восток. Но он никогда не откладывал платежей и не отказывался платить; он был примером поведения! Он часто говорил: «Старейшие гарантировали свои слова прядью своих усов. Я этого не делаю... моего слова достаточно!» и завершал: «Я занял деньги – я должен заплатить. Я не попрошайка!» Какой замечательный мир прежних дней!

Зонт, который никогда не открывался

Местре никогда не ходил без двух вещей: фетровой шляпы неопределенного оттенка серого на своей голове, и черного зонта, выцветшего на солнце, свисавшего с его левой руки. Еще одним примечательным аксессуаром была незажженная сигара в руках. В любом случае, независимо от времени, погоды и ситуации, верный зонт местре оставался заботливым и готовым помочь, подчеркивая его согнутый локоть словно таинственный знак вопроса. Необъяснимое наблюдение - местре никогда не открывал свой зонт. При полуденном ли солнце, или ветре и дожде, зонт оставался неиспользованным. Незаметные попытки исследовать внутренности зонта всегда срывались вечной бдительностью местре. Такая тайна... это был скрытый мачете? замаскированная палка? Инструмент, припасенный для использования в качестве дубинки в непредвиденных ситуациях? Стихии природы грозили меньшей опасностью, чем потенциальные угрозы, исходящие от человека? Был ли зонт старым? Сломанным? Бесполезным? Ручным зонтиком?.......

«Элитист?!»

Как первый профессиональный учитель капоэйры, зарабатывавший на жизнь исключительно обучением искусству и бою, местре Бимба установил студенческие стипендии с самого начала курса. Эти деньги предназначались тем, кто не имел финансовых ресурсов для обучения капоэйре, но обладал нужными качествами – смелостью, силой, подвижностью – или нравился местре.

Но как может солдат жить без жалованья? Как может первый профессиональный местре, посвятивший свое время исключительно капоэйре, выжить без ежемесячной платы? Если он не может выжить, как он может продвигать свое создание? Только самые богатые смогут дать необходимое, позволяя экономическую свободу учить тех, кто находится в наибольшей нужде и тех, кто наиболее любим.

«Был ли местре мудр и умен?»

«Oi! Sim! Sim! Sim!»

«Был ли местре элитистом?»

«Oi! Não! Não! Não!»

«Только новые студенты побеждают местре!»

Местре говорил, что единственную серьезную взбучку получил от студента на втором уроке. После обучения секвенции – «два meia-lua de frente и armada» – Бимба продемонстрировал meia-lua de compasso и занял положение cocorinha. Потом он получил в переносицу пяткой, двигавшейся с противоположной от правильного движения стороны! Новичок применил mijada de cachorro (дословно это значит «писанье собаки») вместо правильного rabo de arraia.

Мораль истории: пока местре старается защитить студента, он забывает защитить себя... нервный и неопытный студент «изобретает» неизвестные и непредсказуемые движения и бьет местре!

«Диета для похудения»

У местре были свои медицинские взгляды – не всегда оправданные! – но интегрированные в его логику режионала. Относительно лечения ожирения он сказал: «Не садись на диету, чтобы потерять вес, это плохо. Ешь все и играй капоэйру; я хочу посмотреть, как ты разжиреешь!» Иногда я слышал: «Сын мой! Белый человек глуп! Он не знает как есть, он ест лишь мягкое мясо. В чем есть питательность, так это в жестком мясе с нервами, мясе шеи, костях с мозгом! Тебе нужно сильно кусать, чтобы у тебя были сильные зубы!» Затем он объяснял: «Пища докеров дает силу и крепость» – естественно с игрой режионала в качестве диетической добавки. «Кто сомневается, может попробовать!»

«Клювы попугаев»

У местре Бимбы была болезнь Пэйджета (болезнь нарушения обмена веществ в костях, характеризующаяся формированием мягкой или лишней костной ткани) и он был клиническим случаем, который демонстрировал возможность жить с этой болезнью и поддерживать спортивную активность – капоэйру естественно!

Одним прекрасным днем местре Бимба растянул свое колено. Я отвез местре к доктору. Он заподозрил болезнь Пэйджета, и радиография таза, позвоночника и черепа подтвердила этот диагноз. Шляпа местре уже начала становиться тесной, и он уже купил другую побольше. Его позвоночник был заполнен «клювами попугаев» – было уже можно уйти в отставку!

...А уроки капоэйры?! В отчаянии мы взяли уроки на себя и начали использовать большие дозы лекарства в дополнение к местному лечению и отдыху, естественно. Таким образом нам удалось замедлить прогресс заболевания.

Это случай для изучения, доказательство, что «нет места в позвоночнике капоэйриста, куда попугай может воткнуть свой клюв», или иными словами: «играй капоэйру и живи счастливо!» Или, как сказал бы наш старый местре: «капоэйра тоже творит чудеса для позвоночника, господин доктор!»

Местре Бимба - политик

У местре Бимбы не было политической позиции... если не считать его выдающегося вклада на ниве боевых искусств, он обладал наивностью ребенка. Местре демонстрировал склонность в одном отношении - его партией всегда оставался «режионал»! Его жизнь всегда была руководима одним стремлением – капоэйрой и боевым искусством режионала – в свете чего и понимались все факты.

Участие зрителей

Бимба, верный африканским обычаям, всегда настаивал, чтобы зрители участвовали в хоре. Он подчеркивал игру оркестра ударами в ладоши. Будучи молодым человеком из католической культуры, непривычным к социоплеменным тонкостям, я не замечал африканских тонкостей. При помощи хора и хлопков местре превращал публику в гигантский усилитель вибраций роды, создавая таким образом огромное энергетическое поле, окружающее нас. Это была атмосфера единства, созидающая в сердцах всех людей великую общность через интеграцию духа. Пение в хоре, хлопки в такт ритму/мелодии беримбау преодолевали ограничения материи, достигая при помощи гармонической вибрации высшего экстаза, общего сознания, коллективного транса.

Дзен-африканизм?

Скромность местре

Вопреки ложному ореолу жестокости, наш местре обладал великой скромностью, которая позволяла ему учиться на наших постоянных вопросах, предложениях и тому подобных вещах. Единственное, чего он не любил, это «если». Когда он слышал: «Что если я сделаю то, или это, чтобы получить то или это?» без демонстрации на практике, он взрывался от смеха и саркастически замечал: «Если! Если! Если?! Это стрекот цикады!» (в португальском слово «если» – «se». Таким образом «se! se! se!» напоминает стрекотание цикады).

Фестиваль капоэйры

Luta regional baiana, заинтересованная в объединении всех школ и стилей капоэйры, организовала фестиваль для примирения всех школ капоэйры и награждения почетными медалями мастеров Пастиньи и Бимбы за их важный труд в развитии капоэйры. Намерением было прекратить распадение капоэйры на рассогласованные группы.

Мы уже пытались играть в родах других местре, особенно в родах местре Валдемара и Трайры, которые были наиболее демократичны и восприимчивы без традиционного раздражения! Местре Пастинья тоже принимал наше присутствие дружески. Оставалось только окончательное сближение двух старейших и самых упрямых местре.

И мы отправились в Байянскую Бойцовскую Федерацию и смотрели, как местре вручают друг другу медали с рукопожатием, скрепляющим мир. Событие было очень хорошо организовано и прошло мирно, при открытых дверях, каждая школа представляла то, что могла лучше всего. Бимба повесил медаль на шею местре Пастиньи и пожал его руку, уважительно и дисциплинированно, как всегда.